Light Style© by Fisana

Перейти к содержимому


Фотография

Париж, о сколько в этом слове. Часть 1: Ария парижского гостя


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 2

#1 Сергей

Сергей

    Вездесущий

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPipPip
  • 232 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Калининград

Отправлено 21 Май 2009 - 06:41

Переходы к:
Часть 2: Прогулки за чашкой кофе
Часть 3: Прогулка в гости к одной знакомой даме
Часть 4: ... и последняя, но история на этом не заканчиватеся
=====

Париж-Париж … М-м-да. Это именно тот город, который способен из любого нормального человека сделать меланхолика, мечтательно вздыхающего при любом упоминании о нем. "О, да! Париж-Париж …", и прочее. Хотя, это было потом. Это именно тот город, от которого много ожидаешь, и в полной мере оправдывающий ожидания. Впрочем, я забегаю вперед. Было бы логичнее, начать с самого начала.

Случилось так, что мне, как обычно, в феврале предстояла поездка. Куда, я знал заранее, а посему тщательно готовился. Место назначения – Париж. Прочитал гору литературы, опросил свидет… людей, там бывавших, выяснил тонкости использования общественного транспорта, вдоволь побродил в Google-maps по трехмерному Парижу, подробнейшим образом изучил карту города в Google Earth. Иными словами, я уже заранее знал, когда и куда идти. Вернее я думал, что знал. Практика же показала всю глубину моего заблуждения.

Я намеренно опускаю подробности моего прибытия в Москву и последующее отбытие в столицу Франции, поскольку это совершенно не интересно. Перейду к главному.

Сидя в самолете, я представлял себе, как ступлю на улицы Парижа, брошу взгляд вокруг, глубоко вдохну воздух этого города, и проникнусь осознанием … прямо, как в отечественных фильмах 40х - 50х про приезжего из глубин сибирской тайги в Москву. Короче, готовился исполнить арию парижского гостя в стиле "соцнаив 50х". Поскольку предвкушать мне предстояло примерно три с половиной часа, мне необходимо было чем-то заняться. Но заняться было нечем, и я занялся тем, что начал искать себе занятие. Все же лучше, чем ни чего. Я так упорно занимался поисками, что в конец утомился и заснул. Разбудила меня стюардесса, сказав, что мы прибыли в аэропорт Шарль де Голь, и что почти все уже вышли. Кроме того, хоть они и безмерно счастливы видеть меня на борту свое самолета, но в данный, конкретный момент они были бы еще более счастливы, увидев меня за его бортом. Я, быстренько напялив куртку и схватив сумку с фототехникой, ринулся к выходу, дабы скорее вдохнуть воздух Парижа.

Эту процедуру пришлось отложить, поскольку, до необходимого для сей процедуры Парижа, было еще далеко. Излучая нетерпение, я погрузился в аэропортовскую рутину получения багажа и всевозможных контролей. Интенсивность излучения ослабла уже к середине пути, а когда я пригромыхал со своим "чумаданом" к ожидавшему у выхода автобусу, излучение вообще сошло не нет. Я закинул "чумадан" в багажное отделение, залез в автобус, и устало плюхнулся на первое попавшееся место. Тронулись. По опыту зная, что в окно автобуса ни чего интересного не увидишь, я перестал в него таращиться и попытался реанимировать предвкушение, посетившее меня в самолете. Частично сие мне удалось.

Наконец мы въехали на парижские улицы. Вот тут я и прильнул к стеклу, стараясь наполнить свой мозг ощущениями. Мозг все фиксировал, но упорно не хотел заполняться. Да это и понятно. Для того, что бы получить желаемое, мне нужно было выйти из автобуса. Но, не скажешь же водителю, мол, "будьте любезны, я выхожу на следующей". Нас везли в отель. Место нашего пристанища мы в шутку назвали "привокзальной гостиницей", поскольку отель располагался окурат возле вокзала Сан-Лазар,

Изображение

и назывался отель "Конкорд Сан-Лазар". Говорят, перевоплощение сего дворца в отель проектировал сам Эйфель. В свое время вокзал Сан-Лазар изобразил на своем полотне Моне.

Изображение

Кстати, когда я много позже спросил Стоматолога и Великого-и-Ужасного, знают ли они, что Моне в свое время написал вокзал Сан-Лазар, Стоматолог мне ответил: "Не знаю. Не читал", а Великий-и-Ужасный: "Чего не сделаешь, когда электричка задерживается …".

Автобус, протиснувшись по узким улицам, наконец, подъехал ко входу в отель. Ну, все. Вот сейчас я выйду из автобуса, и вдохну полной грудью воздух Парижа, что я тут же и проделал. Спрыгнув со ступеньки, я тут же глубоко вдохнул … и закашлялся. Мимо, отчаянно чадя, проехал фургон с надписью "Кока-Кола". Я схватил "чумадан" и направился в отель.

Изображение

Зайдя в холл, я сразу окунулся в атмосферу старого отеля. Не знаю, как описать … ну, как современный англичанин попадает в отель викторианской эпохи … так, наверное. Далее не интересно. Рецепшн. Чек ин. Лифт. Коридор. Номер. Очень уютная комнатка на самом верху, в мансардной части. Во всем чувствуется старость. Эдакий, пожилой дедушка-отель. Не лощеный, выдраенный, напомаженный, мерцающий стеклом и алюминием современник, а тоже выдраенный, чистый …, но уже пожилой …, то там хрустнет, то тут звякнет …, но в целом все на высшем уровне. В этом есть какое-то непередаваемое ощущение уюта. Центрального отопления нету (Пуаро бы в этот отель не поселился). Зато есть кондиционер, который можно переключить на подачу теплого воздуха … мне сие удалось только после крепкого щелчка по коробке управления. Нет. Все-таки удачно это я приземлился. Открываешь окошко и заглянув за карниз обозреваешь улицу Сан-Лазар сверху, а глянуть в даль все равно нет возможности, поскольку глаза чуть ниже уровня крыш.

Раннее утро. Приблизительно 7:30. Поскольку времени до обидного мало, я еще будучи дома, наметил маршрут своего марафона первого дня. Хватаю сумку с фотокамерами и вот из отеля. Первое, что меня поразило, когда я вылетел на узкий тротуар – пустота и тишь. Ни машин, ни людей. Почему-то вспомнился анекдот про дворника, который шаркая своей метлой, сбивал с ритма весь Париж. Я понял точность анекдота, когда случайно шаркнул ногой по асфальту. Акустика в пустом Париже просто поразительная.

Изображение

Немного прохладно. Небо затянуто. Мостовая мокрая, видимо был дождик. Какая все-таки благодать прогуливаться по пустому, еще спящему Парижу. Именно в этот момент я вдохнул полной грудью воздух Парижа, и осознал. Таким образом, первый пункт моего плана был выполнен.

Поначалу решаю обнюхать прилегающую к отелю местность. Пройдя немного вперед, заворачиваю в первую попавшуюся Рю (не буду утруждать вас названиями). Картина та же. Велосипедная станция битком набита велосипедами. Припаркованные машины. И ни кого. Тихо. Все спят. Иду по улице, наполняю мозг впечатлениями, внимательно разглядываю фасады домов, витрины магазинчиков, и вдруг замечаю, что говорю вслух.

Изображение

Тишина на меня всегда так действует. У меня плохая привычка. Когда тихо, когда я один, или когда я что-то кропотливо делаю я либо говорю с собою, либо комментирую процесс … тихонько, но вслух. Некоторых это раздражает, а некоторых настораживает. Но, ведь многие в такие моменты мычат или насвистывают какую-нибудь мелодию, и ни чего … а я караоке не люблю, а по сему, просто говорю сам с собою. Это у меня от отца. В детстве я любил наблюдать за тем, как он что-то мастерит. Мастер он был отменный. Золотые руки. Не было ни чего, что бы он не мог смастерить, причем самыми простыми инструментами. Он тихонько что-то точил или вырезал, и все время комментировал процесс себе под нос: "Та-а-ак … сейчас мы вот эту штучку поставим сюда … а она у нас сюда не подходит … м-м-м … а, что делать? … тогда, мы вот эту шпилечку подточим … во-о-от та-а-ак … по-о-одточим … и еще трошечки … и еще калевку … и совсем чуть-чуть … сейчас будет готова, и тогда мы ее поставим … и успрэкшу … ", и тому подобное. Эта привычка перекочевала и ко мне.


Итак, я, бурча себе под нос, иду дальше. Тучи разошлись, и выглянуло Солнце. Стало заметно теплее. Ветра по прежнему нет, и я шествую без шапки, в расстегнутой куртке, чего вряд ли позволил бы себе, будучи у себя дома в феврале. Иду не по карте, не по GPS-навигатору, хотя и то и другое в наличии имеется, а по наитию.

Изображение

И не сколько о сем не жалею. Дома высокие. Стоят тесно. И при всем при этом ни единого признака клаустрофобии. Не давит. Скорее наоборот. Душа потихоньку наполняется ощущением уюта. Поражает мудрость радиальной застройки города. Заблудиться совершенно не возможно. Куда бы не шел, всегда вывалишься на какую-нибудь площадь. Вот и сейчас, завернув за угол, я попал на совершенно пустую площадь Святого Августина.

Изображение

В конце площади я увидел красивейший собор, перед коим стояла небольшая скульптура Жанны Д'Арк на коне. На табличке перед собором значилось "Eglise Saint-Augustin".

Изображение

Понятно, что в такую рань собор был еще закрыт, так что, мне оставалось только поглазеть на него снаружи. Ну, уж чего-чего, а таращить глаза я умею хорошо. Почему-то у многих святых на стенах собора отсутствовали головы. Немного поразмышляв на эту тему, и не придумав ни чего путного, я сказал "вандалы", и двинулся обратно к отелю.

Изображение

Коль скоро вторая часть моего плана под названием "Утренний Париж" была выполнена, улицы постепенно начали заполняться людьми и средствами их транспортировки, пора было приступать к выполнению третьей части плана, носившей название "Галопом по Европам". Целью моей была станция метро на улице Сан-Лазар.

Когда я пришел к зданию отеля, было уже около 12 часов пополудни. Мне было известно, что станция метро находится за углом, но неизвестно за каким. По сему, я завернул за первый, и удивленно застыл, увидев скульптуру, которую было бы в пору назвать "Не скажете, который час?"

Изображение

Немного покрутившись возле нее, я решил освоить и второй угол отеля, за коим и обнаружилась станция метро. Вначале я хотел воспользоваться велосипедной станцией.

Изображение

Купить в автомате карточку. Взять один из велосипедов и поехать по намеченному маршруту, а доехав до конца маршрута, поставить велосипед на первую попавшуюся станцию, обратно пойти пешком. Но наличие велосипеда показалось мне обузой, кроме того, я не знал, где на конечной точке маршрута находится ближайшее стойло для велосипедов, а на поиски времени терять не хотелось. И я решил воспользоваться услугами метро.

Спустившись в метрополитен (благо метро у них не глубокое), определяюсь с точкой моего прибытия. Это станция Шатле. В автомате покупаю билет на одну поездку … билет в один конец, что называется. Следуя указателям, выхожу на нужную ветку. Сажусь в электричку и начинаю считать остановки. Даже тут парижане ухитрились меня удивить. Оказывается, что не во всех электричках двери открываются автоматически. В некоторых, дабы двери открылись, надо повернуть рукоятку вверх, о чем повествует инструкция, приклеенная прямо рядом с рукояткой. На нужной остановке ищу табличку с надписью "Сортир" … нет-нет … вы не подумайте … сейчас объясню. Дело в том, что мне то и дело встречались таблички с надписью "Sortie". Встречал я их часто … по началу не зная, что сие слово означает, и не утруждая себя размышлениями, я для себя просто назвал сей указатель (как потом оказалось – не я один) … "Сортир". Через весьма короткое время, я понял, что надпись "Sortie" означает "Выход", но про себя я так и называл "Выход" по своему.

Итак, первая цель – разумеется, Нотр-Дам де Пари. Быстро сориентировавшись на местности, иду через мост с "не-знаю-как-проиносимым" названием (поскольку у французов зачастую слова произносятся не так, как пишутся) Pont au Change (ввиду полного незнания французского, я для себя название перевел с английского, как "мост перемен"). Зайдя на мост, я вижу просто потрясающее по красоте здание. Так и кажется, что сейчас из его недр выйдут четыре человека в мушкетерских плащах.

Изображение

Глядя на это здание, в мозгу начинают всплывать отрывки из книг Дюма, и фильмов Юнебеля. Рассматривал я долго, пытаясь запомнить каждую мелочь. Но, времени в обрез, и я иду дальше. Прохожу мимо Дворца Юстиции, сворачивая налево, и попадаю, наконец, на площадь перед Собором Парижской Богоматери.

Изображение

Вообще-то я думал, что он выше. Когда его показывают по ящику, или на фотографиях он выглядит неким огромным сооружением … а тут … совсем даже небольшой собор … видали, что говорится, и побольше … и повыше …

Изображение

Слегка разочарованный, захожу внутрь. Вихрем, промчавшись по кругу в недрах собора, вылетаю наружу. Промчался я так быстро, что у пришлых туристов турбулентными потоками воздуха заворачивались шарфы.

Поставив галку напротив пункта "Нотр-Дам", следую к следующему пункту своего плана. Объясню, почему я так торопился. Дело в том, что я не сторонник посещения достопримечательностей. Я их уже видел либо по телевизору, либо на фотографиях. Меня больше снедало желание побродить по улицам города, попить кофе с круасанами в уличных кафе, послушать людей, почувствовать … проникнуться духом города. А, план … план, это формальность, которую я обязан был выполнить во что бы то ни стало, дабы на вопросы "а был ли ты …", или "а, видел ли ты …", ответить, что "был и видел".

Поскольку отношение к посещению достопримечательностей (кроме холма Монмартр) у меня было в высшей степени формальное, я решил сделать это как можно быстрее, что называется "отбояриться", или "поставить галочки", дабы в остальные дни придаться своему излюбленному занятию, имеющему название, довольно точно отражающее суть – "слоняться-по-городу-все-равно-куда", или "СэПэГэ-ВэЭрКа" (СПГ-ВРК).

Итак, перейдя на правый берег Сены по мосту, названия коего я не запомнил …

Изображение

… , и сделав по пути пару десятков снимков, я пошел по набережной к своей следующей "галке". Погода неожиданно начала портиться. По небу поползла стройная шеренга темных туч,

Изображение

и у меня возникло опасение, что вот-вот грянут осадки, я у меня наблюдается полное отсутствие параплю … простите, зонта. Но тучи шли как-то странно – полосою, гуськом, друг за другом … след в след, как волки по снегу. Стоило повернуть чуть правее, и светит Солнышко. Потрясно!

Я спортивным шагом направился по набережной к Лувру, каковой и был моей следующей целью. Далее я намеревался "просквозить", как раскаленная спица сквозь замерзший брикет масла, через парк Тюильри к площади Согласия и обелиску Луксор. Далее перейти на другой берег Сены по какому-нибудь мосту, и достигнуть "точки возврата" – Эйфелева Башня.

Я направился по улице вдоль набережной сены.

Изображение

Торговцы-букинисты, в беретах и намотанных на шею шарфах, несмотря на довольно прохладную погоду, открывали свои ящики-витрины со старыми книгами и журналами, притороченные к парапету набережной, садились на раскладные стульчики, доставали термосы с кофе, и прихлебывая горячий напиток, смотрели на прохожих в ожидании ценителей старой литературы. Глядя на них, я вспомнил, где видел такую же картину – в фильме Станислава Говорухина "В Поисках капитана Гранта". Там по сюжету Жюль Верн со своим другом покупали старинные карты у торговцев на набережной Сены. Поразительно! Один в один!

Двигаясь по набережной, я наблюдал за тучами. Они двигались, стройной шеренгой, и точно над рекою, точно повторяя ее изгибы, что придавало сему зрелищу весьма необычный вид. Вода в реке стала темно-коричневого цвета, а при взгляде назад вдоль русла реки создавалось впечатление некой, надвигающейся угрозы. Бр-р-р. Прямо мурашки по телу.

Изображение

Я уже почти дошел до пешеходного перехода к арке, ведущей к Лувру, как мне повстречался местный то ли бомж, то ли цыган мало опрятного вида. Друзья мои! Будите в Париже – будьте осторожны. Местные "кидалы" (в основном цыгане) хоть и действуют, на взгляд наученного годами перестройки россиянина, уж больно прямолинейно, и незатейливо, но "кинуть на деньги" доверчивого туриста могут запросто. Он вдруг наклонился, поднял что-то, что заблестело у него в руке, и обратился ко мне "месье!". Я удивленно на него уставился. Это в мои планы не входило. Он начал мне что-то втирать, непрерывно лопоча по-французски, периодически тыкая пальцем то в мою сторону, то в пол, то показывая руку, в которой он что-то сжимал. Я глянул на часы. У него на разъяснения мне того, что он от меня хочет, осталось 2 минуты 31 секунда, иначе я мог выбиться из графика. Я прервал аборигена на полуслове (меня можно простить, ведь я, по понятным причинам, не знал, где то или иное слово начинаются, а где заканчивается). Так как я все равно (ввиду своей полной дремучести в отношении французского языка) ни черта не понял, я сообщил аборигену по-английски, что мне ни чего не нужно, что я ни чего не ронял, и на всякий случай, что сигарет у меня нет.

Но, абориген видимо английского языка не понимал, или не хотел понять, и как только я пытался уйти, хватал меня за руку и пытался настойчиво остановить. Понятно, что моя терпелка выстругана не из железа, язык жестов и английский он понимать отказывался, а я тем временем рисковал выбиться из графика. Я, очередной раз, вырвав свой рукав из его цепкой руки, на чистейшем русском языке объяснил аборигену, куда он может последовать прямо в данную минуту, а также, куда он может поместить то, что он поднял только что с земли, и при всем при этом, я не забывал периодически упоминать его ближайших родственников. Он оторопело на меня уставился. На мой вопрос "Понял?", он потрясенно ответил "Уи", и с полной безнадегой в голосе проронив "Ля Рус", развел руками, состроил на лице мину "сегодня мне не повезло", и со словами "Эскузи муа" удалился восвояси. А, мне на душе вдруг стало так легко! А ведь, некоторые еще спрашивают, мол, что нужно русскому человеку, что бы снять напряжение? Да, понятно что.

Ну, да ладно. Я в последствии таких аборигенов обоего пола, поднимающих что-то с тротуара, и протягивающих поднятое прохожим со словами "месье", на улицах Парижа встречал не однократно. Все они были толи бомжи, толи цыгане. У нас такое тоже практикуется, но на рынке, и уже весьма редко.

Так на чем я остановился? Ах, да! Отделавшись, наконец, от аборигена, я перешел улицу, прошел через арку и вступил на площадь перед Лувром.

Изображение

Вообще-то я думал, что она будет выше. Я имею ввиду стеклянную пирамиду. Разочарованно щелкнув фотоаппаратом, я пошел по центральной дорожке парка Тюильри. Друзья мои. Прогулочным шагом, шествуя по центральной дорожке к фонтану, я получал истинное удовольствие. Меня окружали, расставленные в строгой симметрии, скульптуры. Кругом, непрерывно фотографируясь, ходили люди. На стульчиках возле фонтана сидели студенты, веселясь и болтая о чем-то своем. Погода благоволила. Было тепло. Я блаженствовал. В безмолвном фонтане плавали чайки.

Изображение

Пройдя фонтан, и оглянувшись на Лувр, я направился прямиком к обелиску Луксор на площади Согласия. На пути мне встретились две ржавые железяки, меж коих вдалеке виднелся искомый обелиск.

Изображение

Уж и не знаю. То ли это инсталляция какого-то скульптора (таблички я не заметил), то ли это строительная конструкция для пандусов по бокам … но выглядит впечатляюще. Пройдя меж железяк, я вышел, наконец, на площадь Согласия, и достиг своей следующей "галочки" – обелиска Луксор.

Изображение

Вообще-то я думал, что он будет выше. Ведь когда … ну, да ладно. Лично мое мнение – сей обелиск нужно вернуть обратно в Луксор, а на месте этого поставить копию. Так было бы честно. Ну, это решать не мне, так что я покрутившись немного по площади, насытив взор невиданным доселе зрелищем, направился снова на набережную. Разумеется я увидел Елисейские Поля, и не смог устоять перед соблазном сделать классический их снимок с видом на Триумфальную Арку.

Изображение

Пройдя по набережной мимо какой-то конной скульптуры, я вижу потрясающий по красоте мост. Лишь много позже я узнал, что я имел честь лицезреть мост Александра III. Внизу пришвартованы жилые и прогулочные баржи.

Изображение

Люди заняты повседневными делами. Я от столь длительного, и в некоторой степени стремительного, путешествия порядком взмок. Отмахал приличное количество километров. Ну да мне не привыкать. Я достаточно натренирован многочасовыми прогулками по своему городу с фотоаппаратом на плече, так что я продолжаю свой путь дальше. Хочется есть, но нет времени.

Еще пару километров, и я наконец взошел на мост, который приведет меня на тот берег Сены. Солнце медленно, но верно двигалось к закату. Пока я дошел до середины моста, Солнце закрыли тучи, и открылся поразительный вид на Эйфелеву Башню.

Изображение

Казалось, что она близко, но это был обман зрения. Топать пришлось еще довольно долго. Я намеренно упускаю описание моих восторгов по поводу тех или иных видов, поскольку если сие повествование итак отнюдь не короткое (а ведь это только его первая часть), то с сентиментальными подробностями оно рискует стать просто непомерным.

Притопав, наконец к Башне, как к точке возврата (здесь заканчивалась первая половина моего маршрута), я присел на скамейку для короткого отдыха, типа "перекур".

Вообще-то я думал, что она будет ниже. Ведь, в конце концов … да, Бог с ним. В кассы очереди просто огромные, так что попасть на верх мне по любому "не светит". Да я, собственно, сие в свой план и не вносил. Немного отдохнув, я начал разглядывать это чудо инженерной мысли. В голове не укладывается, что сие сооружение первоначально задумывалось, как временное. Работа просто ювелирная. Я поражался, разглядывая кружевной подол юбки этой стройной парижской дамы.

Изображение

Я опущу красочное описание конструкции Эйфелевой Башни, тем более, что информации по этой теме вполне достаточно. Скажу лишь только, что я покинул эту парижскую красавицу, будучи в полном восторге.

Далее можно было не торопиться. Я не спеша пошел по мосту в сторону отеля. Немного постоял, облокотившись на перила, любуясь снующими туда-сюда большими и маленькими баржами.

Изображение

Взобрался на смотровую площадку на площади Трокадеро, и снова не удержался от соблазна запечатлеть классический вид.

Изображение

Протолкавшись средь японских туристов, сделал снимок, еще немного задержался, фиксируя в памяти увиденное, и отправился восвояси.

Не буду утомлять читателя описанием обратной дороги. Скажу лишь только, что по пути перекусив в ресторанчике Максим, уютно устроившись за столиком на улице. Подкрепившись, неспешно отправился к конечной цели своего путешествия Первого дня. Когда я наконец до отеля было рукой подать, на Париж опустились сумерки. Коль скоро на ужин в отеле я уже опаздывал, я зашел в ресторанчик Chez Clement на Бульваре Капуцинов, дабы основательно поужинать. Меня привлекла некая скульптура из медных сковородок и кастрюль перед входом в сие заведение. Обычно туда внушительная очередь, но мне повезло. То ли ввиду того что я об этом не знал, то ли Бог знает почему, но я протолкавшись сквозь группу людей, спокойно прошел в зал, поднялся на второй этаж, нашел свободное место, повесил куртку на гвоздик, и стал ждать меню. Принесли аперитив (какой-то их фирменный напиток, судя по всему алкогольный). Так, как по-французски я ни как, а названия некоторых блюд по английски мне ни о чем не говорили, я заказал то, что попало под палец, плюс бокал белого вина, и бокал красного к мясу (поскольку, был точно уверен, что одно из блюд будет мясное, и не ошибся). Пока несли еду, я оглядывал интерьер. Весьма любопытно. Рядом с моим местом зиждилась старая чугунная печка, небольших размеров, к ней устало привалилась стопка растрепанных, пыльных книг. Чуть позади криво стоял старый, обшарпанный мольберт, с недописанной картиной, какой-то ящик, на котором с трудом лежала старая дамская сумочка, и разбросаны старые открытки, между всем этим лежали в беспорядке поленья дров. Потолок был в виде ячеек. Каждая ячейка облицована разным материалом, над моим столом, старым, ржавым в дырках кровельным железом, над соседним необработанными досками, и пр … Короче, антураж старого чердака. Я был в восторге. Восторг мой умножился на 2, когда я медленно вытянул и принесенный ранее аперитив, и бокал белого вина, заботливо налитого официантом из принесенной им только что бутылки. Плотно поужинав и расплатившись, я с неохотой покидал этот уютный парижский ресторанчик. Так хотелось посидеть еще, но к концу трапезы осознав, что я видимо по незнанию нагло пролез без очереди, и что люди внизу томятся в ожидании, я не мог тут оставаться дольше, и я покинул сие заведение с твердым намерением, при любом удобном случае, попасть сюда снова.

Далее мой путь лежал на площадь к собору святой Мадлен на Королевской улице. На эту улицу я вышел довольно быстро, поскольку научился довольно резво ориентироваться в этом чудесном городе. Увидев собор, построенный в стиле древнегреческих, или древнеримских храмов, я понял, что поставил еще одну "галку" в своем плане.

Изображение

Вначале я обошел храм кругом. По дороге с удивление обнаружил припаркованный возле тротуара старинный автомобиль.

Изображение

Как оказалось, он принадлежал магазинчику напротив, и был предназначен для привлечения внимания посетителей. Короче, стоял он тут, как старый швейцар, в рекламных целях.

Собор был открыт. Я зашел посмотреть. Он освещается естественным светом, так что внутри было сумрачно, если не сказать темно. Светились только витринки сувенирных лабазиков. Выйдя на крыльцо, я увидел, что уже совсем стемнело, и я поразился открывшемуся ночному виду на площадь Согласия.

Изображение

Пропущу это вид без описания, поскольку я не смогу описать создавшееся впечатление. Я, наконец, ощутил дух этого города. Я впитал в себя все его соблазны. Душа наполнилась восторгом, в том числе и от того, что намеченный еще дома план Первого дня был выполнен … или почти выполнен. Я присел на ступеньки. Закурил. Я долго сидел, как завороженный, любуясь цветовой палитрой ночного города. Но, уже было пора поставить последнюю "галку" этого дня.

Цель – площадь Пигаль, прогулка по бульвару de Clichy – и … правильно! Мулен Руж.

Коль скоро уже стемнело, ориентироваться в городе стало сложнее, а я уже порядком устал. Но, у меня было секретное оружие. Я достал свой GPS-навигатор, переключил его в режим "пешеход", указал начальную точку, промежуточную площадь Пигаль, а конечную нашел в списке POI – Мулен Руж. Воткнул в ухо наушник и двинулся в путь, слушая подсказки этого мудрого прибора, вещавшего приятным, женским голосом, когда и куда мне поворачивать.

Так что до площади Пигаль я добрался весьма быстро. Прошелся не спеша по бульвару, глазея на красочные витрины и вывески всевозможных заведений для различного рода утех, и увидев в дали знакомую по открыткам мельницу, понял, что я достиг конечного пункта своего путешествия Первого дня.

Изображение

Вдоволь насмотревшись, я вполне удовлетворенный пошел в отель. Как идти я уже знал, по сему, добрался быстро. Только зайдя в номер, бросив на кресло сумку с фотоаппаратами, скинув одежду, приняв душ и выкурив вечернюю сигарету я почувствовал, как я чудовищно устал.

Я выключил свет. Забрался под одеяло. Формальная часть путешествия была выполнена. Все остальные дни будут для души. Я вытянул гудящие ноги, и постепенно обволакиваемый сонной негой удовлетворенно пробормотал … Завтра будет новый день. Завтра будет новый … завтра … зав…

To be continued …
=====
Переходы к:
Часть 2: Прогулки за чашкой кофе
Часть 3: Прогулка в гости к одной знакомой даме
Часть 4: ... и последняя, но история на этом не заканчиватеся
------------------------------------
Rideamus!

#2 Nora

Nora

    Аксакал

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 897 сообщений

Отправлено 21 Май 2009 - 07:28

Сергей, одно слово: СЦЕНАРИСТ!

Снедаема белой профессиональной завистью к твоему литературному таланту. :rolleyes:
To Finish First, First You Have to Be Finnish

#3 Giacco

Giacco

    Аксакал

  • Главные администраторы
  • PipPipPipPipPipPipPipPip
  • 521 сообщений
  • Пол:Мужчина

Отправлено 20 Июнь 2009 - 12:02

Отлично, Сергей. Не теряй темпа. Любая яркая эмоция тускнееет с каждым днем. Спеши завпечатлеть.
На свете много, друг Горацио, такого, что и не снится, ...если не заснуть.




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых пользователей